БиблиотекаНовостиРазноеВиртуальный террор: Депрессия, заниженная самооценка, мысли о суициде – классические последствия интернет-травли

Виртуальный террор: Депрессия, заниженная самооценка, мысли о суициде – классические последствия интернет-травли

«Только школу не называйте. Настоящих имен тоже не надо», — Наталья осторожничала, рассказывая мне историю, случившуюся в классе ее дочери. Одна школьница написала роман с порнографическим подтекстом, главной героиней стала ее лучшая подруга и одноклассница. Все 12 глав непристойных откровений девочка выложила на специально созданной странице в соцсети.

С Натальей мы встретились на недавней открытой Минской конференции по интернет–безопасности детей (если кто из родителей и учителей не был, очень рекомендую посетить семинары организаторов). Моя собеседница говорит, что зачинщица оскорбительной истории — отличница, не в то русло направившая свой писательский талант. О «порнокниге» знал почти весь класс, но никто не сообщил взрослым. Многих это чтиво веселило, отдельные даже подстегивали автора: мол, когда выйдет следующая глава? Родители, рассказывает Наталья, узнали о «произведении» случайно — ребенок по ошибке разместил ссылку в интернет–группе, где были и взрослые:

— Нас это, мягко говоря, шокировало. Стали обсуждать, как быть дальше? Зачинщица «книгу» удалила не сразу, попутно стала шантажировать детей, заступившихся за жертву, грозилась и их опозорить на всю школу. Да, после инцидента проводились собрания, беседы. Но ситуацию в итоге замяли. Можно себе представить, в каком состоянии пребывала оскорбленная девочка, она почти четверть не ходила на занятия. Сейчас проблема из соцсетей перекочевала в реальную жизнь, класс разделился на группы.

Смею предположить, что далеко не в одной этой школе происходит подобное. Если в принципе посмотреть группы в социальных сетях учреждений образования, то действительно сталкиваешься с постами, комментариями, в которых оскорбления, слухи, сплетни, публикации неудачных и отредактированных фото.

Валерия, мама 11–летней школьницы, вспоминает другую выходку:

— Мальчик взял фотографии одноклассника из соцсетей, изменил в фотошопе и с непристойными подписями выставил на всеобщее обозрение. Класс из–за этого переругался. Мама ученика, узнав об инциденте, сначала попыталась поговорить с родителями обидчика, но понимания не нашла и обратилась в милицию. В итоге семье дали штраф, зачинщика поставили на учет и перевели в другой класс. Школьный психолог сразу же стала беседовать об интернет–травле с 5 — 7–ми классами, но сделано это было непрофессионально. Это я вам как специалист говорю. Проблема не решена, аукается до сих пор.

Поинтересовалась я и мнением несовершеннолетних. Кстати, для них на конференции по интернет–безопасности было предложено множество полезных мастер–классов. Обычно, говорят мне юные эксперты, издеваются над теми детьми, которые не вписываются в какие–то рамки, выделяются на фоне остальных. Что делать, если ты стал жертвой кибербуллинга? Одни подростки считают, что надо дать сдачи — как папа учил, другие — игнорировать травлю, третьи — обязательно рассказать о ней взрослым.

Помнится, еще в 2015 году депутаты парламента Новой Зеландии изучали вопрос о криминализации троллинга и внесении его в список уголовных преступлений. Закон попал на рассмотрение после того, как молодежь выложила в интернет скандальное видео: подростки занимались сексом с пьяными ровесницами. Закон, в общем, приняли. Так Новая Зеландия стала первым государством, в котором серьезно наказывают за оскорбления в сети. Впрочем, сегодня многие страны всерьез взялись за эту проблему, появилось немало научных работ и теоретических исследований, в том числе о способах борьбы с явлением.

Нам, русскоговорящим, понятие кибербуллинга пока режет слух. И, как уверяют родители учеников, в школах с этой темой тоже осторожничают, лишь время от времени принимая экспертов. В то же время всем очевидно, что соцсети, форумы и чаты, электронная почта и мессенджеры, без которых мы уже не представляем свой быт, это еще и современные площадки для интернет–издевательств, преступлений.

Крайне редко школьные беды пытаются решить и с помощью медиаторов. Вот что рассказал мне Максим Кононович из центра «Медиация и право» Белорусского республиканского союза юристов: «Интернет–травля — довольно распространенное в подростковой среде явление, но школы к медиации, к сожалению, обращаются редко. Я, к примеру, занимался случаем, когда семиклассник выложил в сети сделанное в раздевалке фото мальчика с обнаженными частями тела. И он был близок к тому, чтобы уйти из школы. В другой школьной ситуации уже взрослые показали себя не с лучшей стороны. Дети (седьмой класс) подрались, и родители, учитывая сложные взаимоотношения в классе (длившиеся годами), в своей группе в вайбере буквально заклеймили мальчишку, высказываясь о нем: «хулиган», «бандит», «второй Брейвик». Теперь стараются выпроводить парня из школы, не пытаясь разобраться в причинах конфликта и не учитывая интересы «хулигана». А он просто защищает себя, как учил отец. Для того чтобы медиация в школах дала результат, нужно проводить серьезную и длительную работу с родителями, детьми и только после этого принимать решение. Медиатор всегда стоит на том, что нужно устранять причину, а не выживать ребенка из коллектива».

Чем руководствуются киберагрессоры, понятно: атаковать в интернете удобнее, аудитория больше, не глядя в глаза поставить лайк куда проще, чем ударить одноклассника. Однако эксперты все чаще твердят, что именно такая «школьная дедовщина» в сети может обернуться бедами, серьезнее физической агрессии. И как верно заметила на конференции начальник отдела криминологической экспертизы проектов законов Научно–практического центра проблем укрепления законности и правопорядка Генпрокуратуры Ольга Топорикова, ситуацию ни в коем случае нельзя пускать на самотек. Все, что доводит ее до трагедии, — бездействие взрослых. От себя еще напомню: административную и уголовную ответственность за оскорбления в сети никто не отменял.

Комментарий

Одна из приоритетных задач социальной политики нашего государства — сохранение и укрепление здоровья детей, говорит начальник управления электронных СМИ и интернет–ресурсов Министерства информации Владимир Рябоволов:

— Для этого делается немало. Один из примеров — заработавший в прошлом году закон, регулирующий вопросы защиты несовершеннолетних от информации, которая причиняет вред их здоровью и развитию. Мы против насилия, жестокости и бездуховности, пропаганды этих явлений.

Никто не станет отрицать, что значимость интернета сегодня велика, и с каждым днем она растет. Однако не стоит рассматривать интернет–пространство как параллельный мир или попытку уйти от реальной жизни — это и есть реальная жизнь. Она оказывает влияние на детей, потому всем нам следует быть более активными, сознательными и ответственными в отношении того, что происходит в сети.

Что касается Мининформа, то мы осуществляем постоянный мониторинг интернет–ресурсов. Кроме того, представитель ведомства входит в состав Республиканской экспертной комиссии по противодействию распространения порнографии, насилия и жестокости, которая действует при Министерстве культуры.

Известно, что

В 2012 году 15–летняя Аманда Тодд из Канады после длительной травли в интернете покончила с собой. Аманда стала символом борьбы с кибербуллингом, а ее мать организовала фонд для помощи подросткам, которые стали жертвами интернет–травли.

Кстати

МВД совместно с Министерством образования разработало алгоритм, который обяжет педагогов сообщать о признаках насилия над детьми их родителям, опекунам, попечителям, а также органам внутренних дел. Об этом рассказал начальник отдела организации работы инспекций по делам несовершеннолетних управления профилактики МВД Виталий Янчин:

— Документ был утвержден на днях. Конечно, подразделений, которые бы занимались именно противодействием интернет–травле, в милиции нет. Однако эта тема нас тоже не может не волновать. И уже сейчас по просьбе МВД эксперты разрабатывают социальный проект по предупреждению кибербуллинга. Надеемся, что новшество в том числе позволит выявлять жертв травли в соцсетях. Пока же участковые инспектора совместно с педагогами ведут работу в социальных сетях своими силами.

Не следите в сети

По оценке независимых экспертов, более 80 процентов работодателей Минска отслеживают своих соискателей по социальным сетям. Прежде чем пригласить человека на собеседование, смотрят аккаунты. Это еще один повод подумать о том, какой след вы и ваши дети оставляете в сети.

Людмила ГЛАДКАЯ, «Беларусь сегодня» 

27 февраля 2018 года 

Подробнее о кибербуллинге

Памятка для ребят по пользованию сетью Интернет

Вы можете прислать нам свой вопрос. Для этого необходимо зарегистрироваться на сайте.